– Ты не можешь отличить мужчину от женщины, Генеро?

– Да, сэр. Я хочу сказать, могу, сэр, но лил дождь.

– Ну и что?

– Лицо этого человека было спрятано под зонтом, сэр.

– Этот человек был в платье?

– Нет, сэр.

– В юбке?

– Нет, сэр.

– В штанах?

– Вы имеете в виду брюки, сэр?

– Да, конечно, я имею в виду брюки! – взорвался Фрик.

– Да, сэр. Вернее, они могли быть брюками, которые носят и женщины, и мужчины, сэр.

– И что ты сделал, когда увидел на тротуаре сумку, Генеро?

– Я закричал вслед автобусу, сэр.

– И что дальше?

– Затем я открыл сумку.

– И когда ты увидел, что находится в сумке?..

– Я.., я, кажется, слегка растерялся, сэр.

– Ты побежал за автобусом?

– Н.., н.., нет, сэр.

– Ты знаешь, что следующая остановка находится всего в трех кварталах?

– Нет, сэр.

– Эх ты, Генеро. Ты понимаешь, что ты мог остановить машину, догнать автобус и арестовать человека, который оставил сумку?

– Да, сэр. Я хочу сказать, что тогда я этого не понял, сэр. Но сейчас понимаю, сэр.

– И тем самым нам бы не пришлось посылать сумку в лабораторию и гонять детективов в аэропорт?

– Да, сэр.

– И не искать другие части тела, чтобы установить личность убитого? Это ты хоть понимаешь, Генеро?

– Да, сэр.

– Тогда почему же ты такой осел?

– Не знаю, сэр.

– В автобусной компании нам сказали, что автобус, который отъехал от той остановки в 2.30.., в 2.30, Генеро?

– Да, сэр.

– ., в 2.30, имеет номер 8112. Мы разговаривали с водителем. Он не помнит никакого человека в черном, который сел на том углу, ни мужчины, ни женщины.

– Я видел этого человека, сэр. Я видел его или ее, сэр, собственными глазами.

– Мы тебе верим, Генеро. Водитель автобуса не обязан помнить всех своих пассажиров. Как бы там ни было, Генеро, мы до сих пор так ничего и не выяснили. А все потому, что ты не подумал. Почему ты тогда не подумал, Генеро?